Действительно, знания наши об атоме изменились, но как они изменились? Они стали полнее, глубже. Православных богословов это не интересует: раз знания изменяются, значит, плохо, значит, наука менее совершенна, нежели религия. Прогресс научных знаний, постоянное развитие науки, более углубленное познание действительности православные богословы пытаются выдать за слабость науки.
Изменчивость изменчивости рознь. Когда научные знания меняются в сторону их углубления, совершенствования, то надо быть самым настоящим софистом, чтобы усмотреть в этом недостаток науки, использовать эту сильную сторону науки в качестве аргумента для возвышения религии. Точно так же абсолютность, неизменность, вечность так называемых религиозных истин ни в коей мере не свидетельствует о том, что они выше истин науки. Для опровержения богословских софизмов приведем несколько примеров.
Если мы раскроем «священное писание» — Библию, на которую любят ссылаться богословы, то в первой главе прочитаем о том, как бог создал солнце и луну «и поставил их… на тверди небесной, чтобы светить на землю». Но вот советская космическая станция обогнула Луну, сфотографировала невидимую с земли сторону, не задев пресловутой «тверди небесной». И православным богословам ничего не остается делать, как пытаться толковать Библию иносказательно и предлагать понимать «твердь небесную» не как какую-то действительную твердость, а символически, духовно.
Но сколько бы ни пытались иносказательно толковать Библию богословы, им приходится на себе испытать силу народной мудрости: «Написано пером — не вырубишь топором». Факт очевидный — наука отменяет одну из «абсолютных и вечных» истин христианства.