Пo свидетельству летописца Нестора, у вятичей в IX веке похоронный обряд включал тризну — воинские игры, конные состязания в честь умершего, после чего покойника клали на большой погребальный костер и сжигали. «На другой день после сожжения покойника они идут на место, где это происходило, собирают пепел с того места и кладут его на холм». Или собирали прах в погребальный горшок, который устанавливали в небольшой погребальный домик, «домовину». С конца XI века славяне стали насыпать курганы, внутри которых помещалась урна с прахом умершего. Обряд сопровождался выражением горя: женщины плакали и царапали себе кожу до крови. Завершался обряд пиршеством, на котором будто бы присутствовал покойник.
Похоронный обряд дополнялся поминальным: «И по прошествии года после смерти покойника берут они (вятичи) бочонков двадцать меда, отправляются на холм, где собирается семья покойного, едят там и пьют, а затем расходятся».
У восточных славян существовал специальный весенний день поминовения предков — радуница (радоница). Позже православная церковь связала этот день с поминовением усопших во вторник после пасхальной недели. В этот день после заутрени и литургии совершаются по заказу панихиды, потом близкие идут на кладбище, «угощают покойников» и сами угощаются. «В пору пахоты, сева яровых и «прозябания» зерна в земле мысль древнего славянина обращалась к «дедам», тоже лежащим в земле. В эти дни ходили на кладбище и приносили «дедам» пшеничную кутью, яйца и мед, считая, что предки-покровители помогут всходам пшеницы. Обычай «приносов» в «родительские» дни сохранился до XIX в.».