Это двойственный по своей направленности инстинкт: с одной стороны, инстинкт опрятности, побуждающий даже некоторых животных стремиться избавиться от гниющего, разлагающегося тела сочлена своей «общины» или особи своего вида, и, с другой стороны, инстинкт социальной привязанности, который побуждает членов первобытной общины, в особенности ближайших родственников, мать, отца и т. д., не расставаться с телом умершего».
Стремление избавиться от трупа особенно заметно у народов, которые отвозили покойников в долину мертвых. У других народов, пишет этнограф Ю. Липе, стремились избавиться не только от трупа, то и всех вещей, которыми пользовался покойник. Родственников, соприкасающихся с покойником, иногда заставляли некоторое время проводить в уединении или подвергали церемонии очищения, чтобы предохранить окружающих от «яда
мертвых» Кстати, и черные одежды, и черные повязки на рукавах, и в целом черный цвет в похоронном церемониале— это прямой отголосок древних обычаев, когда родственники покойника одевали специальную одежду с целью предотвращения опасного контакта с ними, так как считалось, что они заражены вредными влияниями трупа. «…Примитивный человек, — пишет советский этнограф Л. Я. Штернберг, — еще не знающий бактериологии, создает свою профилактику, основанную на том, что всякое состояние или свойство может быть передано другим». Многие исследователи также считают, что значительное число обрядов очистительной магии возникло из профилактических соображений в связи с вредоносным влиянием трупа.