Самое главное, что они во многом не отвечали сложившемуся укладу жизни славянских народов. Поэтому борьба христианства с языческой религией вылилась прежде всего в преодоление славянской обрядности.
Эта борьба приняла затяжной характер. Самым трудным для христианства было избавиться от народного духа славянской обрядности. Древнеславянские обряды и праздники отражали труд и быт людей, были для них понятными и простыми. Невозможно представить славянские обряды без общих песен и плясок, веселых хороводов с ряжеными, без выступлений скоморохов. В них находили свое выражение и общая радость и общее горе. Христианский культ и обрядность с трагическим, лишенным радости образом Христа в центре никак не сочетались с буйной радостью народных обрядов. Мрачная тень креста искупления как бы угнетала эту радость, лишала обряды непосредственности. Разве мог религиозный обряд с монотонным богослужением в полумрачных помещениях, запахом ладана и прочими атрибутами идти в сравнение с купалинскими обрядами? Поэтому борьба шла затяжная и неравная. На стороне христианства выступала господствующая власть, которая силой закона утверждала новые верования и ритуалы.
Первоначально христианство пыталось игнорировать народную обрядность, но, убедившись в тщетности этих попыток, стало их заимствовать, переделывать и наполнять своим содержанием. Христианство поступало на русской земле подобно тому, как оно действовало в других местах. Это подтверждается свидетельством одного из «святых отцов». «Так как язычники, — писал Августин Блаженный, — дни своих богов проводили в бражничестве и пьянстве и их нелегко было отлучить от этого обычая, то наши предки решили, что следует уступить этой слабости: пусть они вместо отмечаемых ими дней и праздников справляют другие — в честь святых мучеников, причем с таким же обилием и роскошью, но только без прежнего безбожья».